он проснулся с головной болью и затекшим телом. бережно накрытый пледом, он и не подозревал о том каким образом ему удалось добраться до дома. в записке аккуратно оставленной на журнальном столике, стю узнал ровный почерк матери, она предупредила о своем отъезде на конференцию и подчеркнула что отец уехал днем ранее. стю понимал, увидь он его в таком состоянии ему было бы несдобровать. повезло.

он мог бы остаться у кейси (она предлагала и даже настаивала, намекая на нечто большее, попутно лелея надежду что ее бойфренд не оставит ее одну, а может даже поможет с уборкой организованного беспорядка), попутно досасывая остатки пойла, но сидни (тупая сука!) в очередной раз испортила все веселье. она, видите ли, захотела домой — плохо себя чувствует, выпила слишком много, да и время уже достаточно позднее — в общем обыденный скулеж «правильной девочки», а билли, как настоящий мужчина, как доблестный рыцарь не смог отпустить ее одну. стю же в свою очередь как верный друг, товарищ и соратник не смог отпустить билли. татум так же не упустила возможности прикинуться напуганной темными улицами вудсборо, благополучно забыв о горе-братце (вы вообще видели этого придурка?). в общем так и присосалась, как клещ.

или все было не так?

для стю все еще было загадкой — что же билли нашел такого в сидни, чего не смог найти в любой другой девице. на скромный взгляд мачера, сидни не обладала выдающейся красотой, в ней не было харизмы и обаяния, в целом, как и груди. ее нрав казался пресным, скучным, серым, как небо в дождливый день, а слухи о ее матери, гонимые ветрами вудсборо и вовсе не делали ей чести. так что же лумис разглядел в этой невзрачной, угрюмой девке?

стю скидывает плед и подскакивает на ноги, воодушевленный отсутствием предков, но быстро оседает обратно, хватаясь за голову. он выискивает телефон, звонит билли, приглашая заглянуть на огонек и попутно заказывает пиццу.

закинув в себя добрую половину аптечки и шлифанув все старым добрым американо, стю достаточно быстро оклемался, точно так же как билли достаточно быстро нарисовался на пороге его дома. выглядел он кстати не очень, и больше напоминал призрака, или зомби. вот только если зомби нужны мозги, то билли — то чем можно похмелиться.

— у нас сегодня столько дел, приятель! столько дел! — голос стю дрожит от нетерпения, он торопит билли, буквально загоняя его на второй этаж — прямиком в свою комнату.

торжественный взмах рукой. стю с наивным трепетом и нескрываемым восторгом демонстрирует билли два модулятора голоса — разобранные до основания, до последнего винтика. они словно безнадежные пациенты нерадивого хирурга — уже не подают признаков жизни, всех их внутренности хаотично разбросаны по столу.

— я из этого сейчас такую конфетку соберу, ты обалдеешь, — уверенно заявляя, стю хватает билли за плечо и заглядывает в глаза, — это будет грандиозное шоу, с этими малышками мы доведем ее до исступления, а после поставим такую кровавую сцену, которую еще не видел мир!

<...> — ты точно уверен, что сегодня подходящий… тот самый день? мы вроде как не планировали.

— шшш, — шипит стю и прикладывает палец к губам, когда билли пытается заговорить во время напряженной сцены на телеэкране, — отринь сомнения, друг мой, — излишне драматично отзывается стю, — и убери это от меня, не дыши на меня, — он отталкивает билли, когда тот подходит слишком близко — вид алкоголя вызывает тошноту, — после вчерашнего мой организм требует витаминов, а не... ну ты понял, — стю отмахивается и тянет руку к коробке с пиццей; небрежно подхватив кусок, он роняет жирную пепперони прямо на один из модуляторов.

— сделай вид что ты этого не видел, — стю цепляет пальцами пепперони и закидывает в рот, а модулятор протирает об джинсы: едкая смесь из жира и масла мгновенно впитывается в пластик, оставляя на поверхности ярко-оранжевый след.

голова, на удивление, больше не болит, вот только размеренная пульсация в висках, которая мучала стю весь день, сменилась тяжестью, что подобно свинцу медленно разливается внутри черепной коробки. но это не важно, важно лишь то что сулит сегодняшний вечер.

воспоминания о вчерашнем дне все еще всплывают в памяти, они разрозненные, смутные и обрывочные — они подобны тасованным картам — никогда не знаешь какая выпадет на этот раз. он помнит как теплые руки татум обвивают его шею — она буквально виснет на нем не в силах стоять на ногах, помнит как рэнди в очередной раз с пеной у рта доказывает дьюи о несоизмеримом вкладе джейми ли кертис в индустрию кино, помнит как рвотные массы с кусочками непереваренной пищи падают на хрупкие стебли бегонии миссис беккер, ломая алые бутоны, помнит как билли настойчиво объясняет сидни что виски можно смешивать с текилой, а после потерпев поражение, все равно сует в ее руки напиток собственного приготовления. а еще он помнит кейси, и то, как мило она улыбается стивену орту, которого, насколько ему известно никто не приглашал.

— отец говорит, что только ублюдки пьют дешевый джин с энергетиком, — расплываясь в приторно дружелюбном оскале, небрежно роняет стю, когда подходит ближе к стивену и кейси.
— прекрати, стю, — тут же отзывается беккер, — прости, стивен, он не хотел.

нет. хотел.

— не нравится мне этот стивен, — резко выпалил стю, — нет, правда, ты видел как он смотрит на кейси? — возмущенно продолжил мачер, — он явно что-то задумал, а она — тоже хороша, улыбается ему так, словно меня не существует, — стю ловит взгляд билли, когда тот собирает разбросанные вещи и запихивает их обратно в шкаф, — что бы ты сделал если бы сидни себя так вела? — стю игнорирует борьбу друга с бельевым шкафом, для него это не более чем обыденность так свойственная характеру лумиса.

— клянусь, — мачер взмахивает отверткой, чувствуя как гнетущее раздражение селится где-то глубоко внутри, — если она меня бросит ради тупоголового футболиста — я ее убью, — стю случайно касается оголенного проводка и тот мгновенно пронизывает палец электрическим разрядом. он тут же одергивает руку шипя и сует палец в рот, стараясь избавиться от болезненных ощущений, — нет, даже не так. я убью их обоих. вот увидишь, билли, они будут молить меня о пощаде, захлебываясь собственной кровью.

мысли о кейси и стивене отзываются едкой изжогой, горечью на корне языка из-за которой тошнота подступает к горлу; стю прикладывает тыльную сторону ладони к губам и прикрывает глаза, подавляя позыв рвоты. он не собирается выпускать пиццу, которую только что съел.

на большом экране новенького телевизора, который не так давно подарили родители в честь дня рождения, в очередной раз хэллоуин 1978 года, он умыкнул эту кассету после вечеринки, ловко просунув ее за пояс джинс: рэнди придет в ярость, когда узнает что она пропала, но кому какое дело до проблем похотливого задрота?

хэллоуин. уникальная картина с неуникальным сюжетом. феномен киноиндустрии и пример для подражания. впервые он посмотрел этот фильм как раз в компании рэнди, после смотрел его вместе с кейси, а теперь смотрит его с билли. удивительно как один и тот же фильм может передавать абсолютно разную атмосферу. рэнди все время болтал про составляющую (чем ужасно раздражал): про игру актеров, декорации, киноляпы; кейси трусливо прикрывала глаза на страшных моментах в надежде что стю обнимет ее и утешит, создав романтичную атмосферу, с билли же было все иначе: его взгляд был глубже и его, ровно как и стю, интересовало то что не интересовало остальных — жестокость, целеустремленность и кровавый финал. в этом они были похожи, в этом они и нашли друг друга.

билли выглядит задумчивым — стю чувствует его напряжение кожей, оно искрится словно невидимое силовое поле, читается в сбитом дыхании, в долгой паузе, в пристальном взгляде. он встревожен и наверняка нервничает из-за того что стю тянет его навстречу неизвестности. навстречу спонтанности, которую он так сильно ненавидит и презирает. это раззадоривает стю еще больше, он готов поставить на кон буквально все: их судьбы, их жизни, их будущее. он нагло плюет на осторожность, ныряя в омут с головой.

в омут, в котором демонов больше чем в аду.

— не говори мне что зассал, — стю сжимает ручку отвертки до побелевших костяшек, так сильно, что его рука начинает дрожать, — это была твоя идея, забыл?

видно — билли это не нравится и он не верит в успех такого дела. но стю считает иначе — в хаосе истина.

это заводит. это заставляет чувствовать себя живым. по-настоящему.

пресвятая импровизация.

— тебе нужно будет раздобыть какую-нибудь личную вещь у коттона.

стю хмурится и поджимает губы.

— коттон... коттон... а кто это? — пытаясь вспомнить, мачер сдвигает брови ближе к переносице, а после вскрикивает, — а! точно! тот мужик. не парься, билли, я все сделаю в лу-у-чшем виде, — стю растягивает гласную, щелкает пальцами и улыбается так, словно перед ним камера, а он снимается в рекламе зубной пасты, — доверься мне, дружище, я не подведу, — стю закручивает последний винтик в модуляторе и бросает его билли.

— зацени.

<...> укради то, не знаю что. иногда намеки билли такие туманные, что стю хочется выть.

что это должно быть? портсигар? расческа? бумажник? а может быть клок волос, выдранный с особой жестокостью?

стю припарковывает машину возле паба и упирается подбородком в руль, наблюдая как мужики всех мастей спешат занять свободные места у барной стойки. с чего вообще билли решил, что коттон будет здесь? у него дома нет телевизора?

стю откидывается на спинку сиденья, пристально наблюдая за всеми кто входит в паб. полчаса. час. мачер начинает нервничать, быть может он его все таки упустил? быть может коттон уже давно сидит в баре, распивает дешевое пиво и выкрикивает победные речи в честь команды? стю раздраженно бьет по рулю и распахивает дверь отцовского автомобиля, а после тут же захлопывает ее обратно, когда замечает в зеркале заднего вида только что подъехавшую машину. из нее выходит коттон. он явно спешит. а еще он явно выпил раньше, чем добрался до паба.

стю провожает его взглядом и как только за ним закрывается дверь — покидает автомобиль.

это удача? это знак? сама судьба благоволит убийству морин прескотт.

стю оглядывается по сторонам подходя ближе к машине коттона. он проходится взглядом по внутреннему убранству салона, надеясь, что там он найдет что-то что поможет пустить полицию по ложному следу.

уж больно не хочется ему идти в паб и светить лицо.

кожаная куртка, небрежно оставленная на заднем сиденье выглядит внушительной уликой в деле об убийстве. главное не оставить на ней своих следов в виде волокон одежды, капелек пота или уж тем более волос.

стю обходит машину и целится локтем в окно, прикидывая возможность пробития и вероятные следы крови, которые останутся как неоспоримое доказательство кражи.

и только после первого глухого и напрочь неудачного удара, он замечает, что дверь со стороны водителя не заперта. стю взвизгивает от восторга и тут же закрывает рот рукой, судорожно озираясь по сторонам. он распахивает дверь, хватает крутку и прыгает в тачку, уносясь как можно быстрее и как можно дальше.

<...> темная, густая ночь опустилась на вудсборо слишком быстро. улицы, освещаемые тусклым светом фонарей были пусты и безжизненны. стю пришлось погасить фары и припарковать автомобиль на противоположной стороне улицы. он выбрал идеальное место — машина не привлекает внимания, но при этом дом хорошо виден. пока билли сидел в тачке и собирался с мыслями, стю облачался в костюм, больше напоминающий лохмотья. это конечно не маска майкла майерса, но тоже улов не плохой.

как только билли покинул автомобиль, стю сразу же потерял его из виду.

— да ты как ниндзя, брат! — восторженно проголосил он, прижимая телефон к уху, — если ты готов, то и я готов — можно начинать, — стю сбрасывает звонок, облизывает подсохшие губы, нервно хихикая и на выдохе набирает домашний номер семьи прескотт.

— сидни? — произносит стю в модулятор и его родной голос звучит неестественно.
— нет, это не сидни, это ее мама, — отзывается певчий голосок миссис прескотт на другом конце телефонного провода.
— мама? — разыгрывая искреннее удивление, брови стю ползут вверх, — вы шутите, максимум — старшая сестра. в ответ слышится игривый смешок.

стю ковыряет ногтем кожаное покрытие руля, а когда поднимает взгляд, видит с какой «ловкостью» и рвением билли пытается проникнуть в дом. стю тут же опускает взгляд, отчаянно подавляя смех; в моменте ему приходится сжимать рот ладонью, чтобы миссис прескотт не заподозрила неладное.

до этого момента он никогда с ней не общался тет-а-тет. видел пару раз, когда они вместе с билли заходили за сид, но на этом все. рэнди отзывался о ней как о женщине, которой не хватает ласки. вот только кто будет верить задроту, который обнаженную женщину видел только на картинке? но рэнди, к удивлению стю, оказался прав; нужно отдать ему должное. морин прескотт действительно оказалась очень сговорчивой, теперь слухи о ее похотливом нраве не кажутся такими беспочвенными.

из разговора с ней он узнал о том какие цветы ей нравятся, где она покупает одежду и что готовит на завтрак. казалось, что сука готова выдать всю подноготную, включая цвет трусиков, которые сейчас на ней надеты.

стю не придал значения ее встревоженности, слишком увлекся беседой, но когда поднял взгляд и заметил пляшущие тени в окне первого этажа все сразу встало на свои места.

— морин? — в последний раз обратился он к своей собеседнице, но вместо кокетливого ответа, услышал лишь пронзительный крик, полный страха и ужаса.

пора.

он бросает телефон и модулятор на соседнее сиденье, достает из бардачка отцовский охотничий нож и хватает маску с перчатками. оглядываясь по сторонам, короткими перебежками достигает крыльца и надев маску, продавливает указательным пальцем дверной звонок.

внутри что-то сжимается, болезненно выкручивая желудок; кончики пальцев похолодели, а на лбу проступила испарина. что-то пошло не так, но что? внутри своей черепной коробки стю развернул тысячу неблагополучных сценариев, где в каждом из них билли получил увечья несовместимые с жизнью.

нет, это даже звучит неправдоподобно.

стю вновь звонит в дверь: его начинает бить дрожь и волнение подступает к горлу удушливым комом. все проходит когда билли отворяет дверь, пропуская партнера внутрь.

— а че? все? — стю разочарованно опускает голову, рассматривая распластанное по полу тело жертвы и искаженное лицо маски выглядит еще грустнее.

— мне пришлось импровизировать.

стю переводит на билли взгляд полный упрека и досады, но из-за маски тот не увидит уныния поселившегося на лице мачера. не долго думая стю садится перед миссис прескотт на корточки, берет ее руку, прощупывая пульс на запястье и небрежно роняет так, что она с глухим ударом касается пола.

— чуть не испортил все веселье, — стю поднимает статуэтку, которой билли зарядил в морин и ставит ее на комод, а сам толкает женщину носком ботинка в плечо, переворачивая ее на спину; она не реагирует и это раздражает, стю наклоняется, снимает перчатку с руки и бьет ее по щеке, — подъем, сучка! — но ответа нет.

— хорошо ты ее приложил, — стю проходит мимо билли, намеренно задевая того плечом. он идет в глубь дома: останавливается, рассматривая семейные фотографии на которых все выглядят счастливыми и жизнерадостными, а потом резко поворачивается к билли.

— куртка, — он щелкает пальцами, но из-за жестких перчаток звук выходит тихим и глухим, — я забыл ее в тачке, придется вернуться, но для начала, давай все же свяжем ее, а то вдруг сбежит. кстати поищи что-нибудь чем можно заткнуть ее рот, не хотелось бы чтобы она начала вопить как свинья, когда очнется.

стю по-хозяйски проходит на кухню, распахивает дверцы шкафов, выворачивая их содержимое. ни скотча, ни веревки. зато аккуратно скрученный тройник выглядит вполне себе надежным. он выходит в комнату, растягивая провод одной рукой, а второй тащит за собой стул.

стю слышал, что бессознательное тело (или же труп) может оказаться тяжелее, но чтобы настолько... он еле ее усадил, а пока распутывал провод и пытался перевязать лодыжки — она завалилась на пол, как мешок с картошкой.

— эй, — запыхавшись, стю приподнял маску и обернулся через плечо, — помоги мне, она кренится в бок, мне ее не удержать.

когда дело было сделано, стю шумно выдохнул, вытирая капли пота со лба длинным рукавом костюма. опустив маску, он нагнулся к морин.

— гудморнинг, сука, — прокричал он ей в лицо, и когда ее ресницы чуть дрогнули, он отпрянул.

— кажется, она приходит в себя. я за курткой. без меня не начинай.